Когда ты идешь в ночной тишине

Сквозь бездорожье ада,

В черных ветвях, в красной луне,

Оглядываться не надо.

(Е.В. Головин)

Волшебная сказка – ничто иное, как упрощенное историческое продолжение мифа. Что делает миф? Он раскрывает нам действительную реальность в режиме сновидения. Ну, например, Иван Царевич (он же «Дурак») взял как-то и пошел в Царство Кощея износив три пары «железных башмаков»... Вещи ужасные раскрываются в мифе, как некая обыденность. Правда с оговоркой: «быстро сказка сказывалась, да долго дело делалось». Но кто из нас вообще прислушивается к оговоркам? Дальше встречает на пути Бабу Ягу, которая дает ему клубок ниток, и заходит в дремучий лес…

 
О чем речь? Вопреки утвердившемуся мнению, такие наименования Яги, как например польская Jezinka («Лесная /баба/»), имеют довольно позднее происхождение. Напротив, русская традиция сохранила наиболее архаичную форму ее имени, родственного санскритскому «яга», «яджна» - жертвоприношение. При этом мотивы сказок в которых Яга пытается забросить в печь детей, напоминающие об обряде кремации, позволяют связать образ Яги с «ангелом смерти» – жрицей, исполнявшей обряд погребения у руссов в сообщении X века, принадлежащего Ибн Фадлану. Василиса (от греческого "Царственная") встречая всадников, проходя через три стадии, совершает Opus magnum, а выражаясь расхожим языком - Душа проживает свою Судьбу возвращаясь к своему Истоку и возвращая себе достоинство своего чина - царское Имя. Великое Возвращение - это не только астрономический и субмолекулярный феномен. Это и философский концепт неоплатонизма (Эпистрофе). Это же - судьба народов и судьба человека - её когда-то очень хорошо изобразил Рембрант. Надо просто снова научиться слышать сказки...
 
Итак, Яга – жрица, исполняющая похоронный обряд (кремация), и она указывает главному Герою на иное время – его нить собрана в клубок. Всё однонаправленное и необратимое время (раскрученная нить) теперь собрана вместе. Вечность. Затем сказка показывает нам знаки зодиака, нижней половины года – Медведь, Заяц, Утка… И, наконец, - само сражение и Победу. Именно эта, а никакая то иная реальность переживается нами исторически и непосредственно во время православной Пасхи и каждого причастия.  «Днесь ад стеня вопиет: / уне мне бяше, аще бых от Марии Рождшагося не приял: / пришед бо на мя, державу мою разруши, / врата медная сокруши: / души, яже содержах прежде, Бог сый воскреси». А на следующий день мы празднуем возвращение Царя Мира, Его Светлое Воскресение.
 
Из "мокрой мороси" Великой Субботы в Светлое Воскресение. "Солнце играет и мечет лучи" - так говаривали в древности. Почему так происходит. В оптике современной метеорологии - безусловное совпадение. Но все Православие в целом - совпадение. Совпадение земного с Небесным. Как "Солнце Правды" было покрыто мраком преисподней еще вчера, так сегодня Оно празднует свою Победу! «Всякое восхождение мучительно… Перерождение болезненно… Легкое и доступное — бесплодно… Благословенны муки, рождающие тебя… Вне пути и восхождения ничего не существует… Любовь — итог преодоленной тобой высоты…», – так говорит Антуан де Сент-Экзюпери в своей «Цитадели».
 
Мы говорили о христианской Пасхе, она непосредственно последует Масленице. Когда мы слышим о ней, что первым приходит на ум? "Сожжение зимы"; а на самом деле "зажигали весну"...
- Язычество и бесовщина! - начнет ныть какой-нибудь "ново-православный протестант".
- Язычество, но не только..., - спокойно согласимся мы, и вспомним времена нашей Изначальной Северной Традиции.
 
Предки несомненно знали о Св. Троице, Грядущем и Его энергиях, но время исполнения еще не пришло. И чтобы не забыть, огнем вещественным обозначали Огонь Нетварный. Они тогда помнили, а вот мы сейчас забыли... Но мы вспомним…
 
Для начала, как пример, вспомним вот что. 8 июля – память св. князей Муромских Петра и Февронии. Маленький эпизод. Когда Феврония стала княгиней, то началась "реакция" бояр (большей частью их жен) Ещё бы «девка то из леса», уж не колдунья ли? Красивая («разве это правильно?»), простолюдинка, и вообще «ку-ку»... Непосредственным поводом «недовольства общественности» послужило то, что после пира жены бояр заметили, как она в рукава крошки хлебные со стола собирает... Ну и началось… «Разводись». «Вон из Мурома» и т.д. Петр и сам смутился и подглядел. А она крошками-то воробьев после пира кормила, чтобы хлеб не пропал. Но что интересно - ведь это сказочный мотив - рукава, пир, объедки..., а потом лебеди. море... Помните Лягушку-царевну: «Стали гости есть-пить, веселиться; Василиса Премудрая испила из стакана да последки себе за левый рукав вылила; закусила лебедем да косточки за правый рукав спрятала. Жены старших царевичей увидали ее хитрости, давай и себе то ж делать. После, как пошла Василиса Премудрая танцевать с Иваном-царевичем, махнула левой рукой — сделалось озеро, махнула правой — и поплыли по воде белые лебеди; царь и гости диву дались». Святые муромские князья воплощали в жизнь волшебную сказку, и как все волшебные сказки она была странна и страшна для обывателя…
 
Далее. Человек Традиции в своих отношениях с миром неизбежно проходит три состояния, подобные стадиям алхимического действа. Также и три всадника, которых встречает «царственная душа» Ивана Дурака ("Василиса Прекрасная"), окрашены в цвета алхимического Ars regia: чёрный, белый и красный.  Они одновременно соответствуют трём временам года: осени-зиме, весне и лету, либо трём временам суток: ночи, утру и дню, и трем стадиям алхимического opus’а. Nigredo. Пребывая с рождения своего в темном мареве предрассудков, идя опустив голову и лицезрея лишь черную грязь под ногами, сам являясь ее частью, в нем зреет отторжение, а затем подозрение о Горнем. Albedo. Поднимая голову и видя сквозь тучи пусть даже отблеск Света, не зная о Нем ничего, но стремясь к Нему начинается сепарация от "современного", "количественного", "только человеческого". Rubedo. Стадия возвращения. Этап пурпура - цвета царей и цвета крови, войны против "вот этого" и "за иное".
 
Краткий обзор мотивов Изначальной Традиции, на примере русской сказки, нельзя считать завершенным без рассмотрения действительно потрясающего совпадения с Православием, касающегося мотива о «Напитке Бессмертия», под которым понимается Божественная кровь, имеющая свой обрядовый аналог в алкогольных напитках, употребляемых во время богослужения у всех без исключения индоевропейских народов.
Согласно греческому мифу боги преодолевали смерть с помощью напитка, называвшегося «нектаром» (νεχταρ, от *nek-, «смерть» и *ter, «преодолевать») и особой пищи – «амброзии» (αμβροσια, - буквально «бессмертие»). Греческой амброзии соответствует индийская амрита (amrta, «бессмертный»). В традиции Вед миф об амрите связан с напитком «сома», культовым аналогом которого, употребляемым в священных обрядах, был какой-то алкогольный напиток. У иранцев точный аналог сомы носит название «хаома». В той же форме (где основообразующее сочетание согласных s-m, меняется на h-m), название этого напитка известно и у славян – это «хмель» и его производные «хмельной», «опохмелиться», «захмелеть» и т.п.
 
Мотив «Напитка бессмертия» актуально воплощается в православном Причастии. Что такое «причастие». Это встреча человека с Богом. Творения со своим Творцом. В языке волшебной сказки Царевича и его жены (= души).
Мотив встречи настолько важен для славянской (и индоевропейской) ментальности, что на уровне фольклора обретает своё олицетворение. Такова, например, Среча из сербской сказки. Ее противоположность – Несреча, которая «тонко нить судьбы прядет». Если опустить некоторые рефлексии славянского сознания в сторону дуализма (которые нашли воплощение, к примеру, в среде богумилов), то надо сказать, что нить судьбы всё-таки прядётся и в отсутствии Встречи. Невстреча - это не полное отсутствие Встречи, это скорее Недо-встреча. Это, во-первых, а во-вторых Встреча понимается, как благая Доля (судьбы), по индийски – Бхага (откуда и славянское *Bogъ). Итак, «благая доля» в индоевропейском языковом контексте обозначается неким Со-бытием, соединением разрозненных частей, вне которого мы наблюдаем ситуацию «недо-бытия»; или говоря иначе ситуацию отчужденного Бытия и отчуждения от Бытия. Здесь есть над чем поразмыслить… Для начала отметим самый, наверное, простой аспект – то, как Встреча раскрывает себя в символе. Символ – двойная вещь (на греческом – σύμ-βολον, «выброшенный вместе»), первоначально обозначение синергии Божественного и человеческого, позднее жребия – вместе выброшенных вещей, вместе закинутых в мiр. Символ – это окно от человека к Перво-образу. Это также Топос, сакральное место их Встречи. Ключ, который подходит к замку. Так Символ ёще и то, что открывает дверь в мир Принципов. Но, чтобы дверь раскрылась, должен прийти Вопрошающий. Без него символы умирают, превращаясь сначала в аллегорию, а затем в бессмысленное украшение - безделушку… и нить судьбы становится тонка. Всё так…, но Небесная половина Символа никогда и никуда не исчезает, и всегда ждет нашего Возвращения!
 
Так в чём чем суть мистериального Православия? В специфическом наказе царя Ивану Дураку из русской сказки: "Сходи Туда - не знаю куда; принеси То - не знаю что". Ну и в чем мистика? А в том, что сходил, нашел и принес!
 
В качестве иллюстрации использована картина Н.К.Рерих. Terra Slavonica. Земля Славянская. 1943.